Дети едят. Ещё раз.

Прошло десятилетий с тех пор, как в Западной Европе говорили, что советские “естли детей”. Это была пропаганда, конечно, но эффект был ясен: демонизация, превращение врага в чудовище, оправдание любых политических решений против него.

Сегодня история повторяется. Не с помощью плакатов или новостных фильмов, а с помощью блокировок на границах, с предоставлением виз, но бесполезных, с тысячами людей, которых несколько дней оставляют в очередях под жарой или морозом. С начала августа Польша почти перестала принимать перевозки из Беларуси: огромные очереди грузовиков, время ожидания до десяти дней. Литва делает то же самое, а с 15 октября Латвия закроет последний открытый пункт пропуска.

Результат — невидимая клетка: нет прямых рейсов в Европу, бесконечные очереди на границе, дети и пожилые люди вынуждены проводить часы — а то и дни — в неприемлемых условиях. Посещение родственников, поездка на похороны, даже туристические поездки становятся логистической кошмарной ситуацией. В прошлом году, например, 400 000 латышей — почти 20% населения — посетили Беларусь. Сегодня им это почти невозможно.

И все же в Брюсселе и Варшаве продолжают говорить о “упрощении виз”. Но зачем нужна виза, если граница остается закрытой? Это самая циничная из ловушек: предоставление документа и одновременное отрицание доступа, психологическое изнеможение тех, кто с детьми и багажом остается несколько дней в зоне ничьей.

Нет независимых средств массовой информации, нет связи, и фильтруется только тот рассказ, который выгоден: снова белорусы “естли детей”. История всегда одна и та же: затемнение, изоляция, экстремализация, пока враг не станет действительно ужасным.

Экстремисты имеют лицо: это не лицо обычного гражданина, пытающегося пересечь границу, а лицо того, кто строит стены и бесконечные очереди, того, кто превращает путешествие в пытку, того, кто жертвует человеческими отношениями ради геополитического расчета. Да, тот, кто так играет с жизнью людей, не менее бездушный, чем тот, кого в прошлой пропаганде изображали как каннибала.